«Говнюки!» — кричал я им вслед. «Вы же все, мать вашу, едете туда! Так сложно остановиться?»
Но красные огни скрывались за новым поворотом, еще пару секунд мелькали за деревьями, и вновь наступала темнота.
До следующего города километров двадцать, и пять из них я уже прошел. Черт, как же я устал.

Еще с утра я был в другом штате. Еще с утра я лежал на старом промятом матрасе в каком-то задрипанном мексиканском мотеле. Над головой со скрипом крутился вентилятор, такой же старый и побитый жизнью, как и все то здание. Этажом выше жил чувак, который однажды, когда я по всему дому искал владельца и случайно забрел к нему в комнату, не растерялся и тут же попытался залезть мне в штаны.

Душно. За окном играет музыка, мимо проезжают машины с громкоговорителями на крыше, привлекая внимание прохожих своими «Акция. Две по цене одной. Покупай!» Нещадно жарит солнце. На его лучах, которые пробиваются через многочисленные трещины на окнах, блестит пыль. Из крана надоедливо капает вода, мексиканцы поедают такосы, выбирают платья своим дочкам на базаре и уже начинают вливать в себя первые стаканы ледяного пива, не смотря на то, что на часах только 9 утра.
Каждые полчаса звонит колокол. То ли церковь неподалеку, то ли у них тут есть часы, которые вот так тактично напоминают жителям о том, что с каждым их ударом жить остается все меньше.

Вон, еще один едет. Давай, останавливайся. Стой уже! Ииии… В ряду говнюков у нас пополнение!
Как же обидно. Это безразличие меня просто с ума сводит. Не могу с ним смириться. Надо, но не могу.
Меня же просто нужно подвезти, больше ничего. Это же так просто. Сцепление, тормоз, открыть дверь, все. Многое из того, что эти люди делают каждый день, гораздо сложнее моей просьбы. Какие другие миры, какие вселенные? У нас тут народ до сих пор живет по своим племенам, делит всех на своих и чужих и до жути боится непохожих. И если задуматься, не так то и далеко мы ушли за эти тысячи лет. Так, выглядеть, разве что, стали посолиднее да пахнуть получше.
Сколько я уже иду? Часа три, думаю. За это время двое даже тормозили, было, но посмотрев на меня поближе, давили на газ и уезжали. Что тут скажешь? Борода — я скажу тебе да.

Позавтракал кисадией с говядиной. Лайм, редиска, лук, острый соус, и все это на горячей кукурузной лепешке. Да, мексиканская еда неслабо повлияла на кухни многих народов мира. Говорят, она даже была включена в список культурного наследия ЮНЕСКО. А что? Я только за, защитим такосы всем миром! Вот только кто им угрожает?

Автостоп не заладился с самого утра. На первые пятьдесят километров ушло часа три, а на другие двести — не меньше семи. Еще были дождь, гром и молнии. Денек тот, короче, с самого начала уже был так себе.

Хорхе любил американский рокенрол, много болтал и курил не меньше. Он, видимо, настолько мне доверял, что однажды даже отлучился на полчаса, оставив меня в своей фуре с ключами внутри. Да нет, он просто думает, я не могу угнать эту махину. Шестнадцать скоростей, четыре педали, кучи ручек и кнопок. А может он просто нормальный чувак и не боится каждого встречного? Я бы предпочел второе. Но кто знает?

Прямо на закате наша фура остановилась на перекрестке, я спрыгнул на мокрый после дождя асфальт, крикнул «грасиас» своему новому знакомому и пошел по неосвещенной трассе. Туда, где я совсем не ожидал задержаться на всю ночь.

Что это на том значке? Сколько? 11 или 12? 11, черт. Я думал уже двенадцать. До Паленке еще больше половины. Я могу, конечно, поставить палатку на обочине, но, черт возьми, неужели какие-то 15 километров! Нет, я, пожалуй, посижу, вот здесь. Как же хочется спать. Надо идти. Сказал дойду, значит вперед. Нет, я все, дальше не вариант. Завтра со всем разберусь. Все завтра.

Обочины дороги плавно перетекали в густые заросли, ночевать в которых мне совсем не хотелось. Но уже скоро я набрел на довольно ровный участок с травой, из которой торчали две невысокие пальмы. Кое-как на одной веревке растянул палатку, залез в нее и сразу же вырубился. Даже про спальник не вспомнил.

Посреди ночи проснулся от того, что стало холодать. А мне ведь говорили. Чиапас будет гористым и свежим, в отличие от прибрежных районов Мексики. Наконец то я залезаю в спальник не для того, чтобы спрятаться от комаров. Кажется, я уже соскучился по свежему прохладному воздуху. Завтра, проснувшись утром, я пойму, что заночевал прямо рядом со входом на ранчо. А главное, я увижу эти горы вдалеке. И сразу как-то, знаете… вроде и не зря даже там заснул. Красиво же.
Всем мир.